главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
Каталог книг «Библиотеки-Алия»
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
Государство Израиль. Израиль и арабский мир. Электронная еврейская энциклопедия

Государство Израиль. Израиль и арабский мир

КЕЭ, том 3, кол. 657–668
Опубликовано: 1986
Обновлено: 20.06.2005

ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ. ИЗРАИЛЬ И АРАБСКИЙ МИР

Отношение арабских государств к сионизму и Государству Израиль определяется как идеологическими принципами арабского национализма, так и конкретными политическими интересами этих государств. С самого начала арабский национализм рассматривал сионизм как одну из форм чужеземного господства, которому арабы приписывали упадок некогда великой арабской империи. Сионистам не удалось убедить арабов в том, что еврейское государство не является чужеродным образованием на Ближнем Востоке и не стремится к экспансии и господству над своими соседями. Поскольку после первой мировой войны не было создано единое арабское государство, чему препятствовали как политика европейских держав, так и межарабские распри, вражда к сионизму стала едва ли не единственным фактором, объединяющим разные и зачастую противоположные интересы арабских государств.

Попытка арабских государств с помощью военной силы не допустить создания Государства Израиль потерпела крушение (см. Война за независимость). В ходе тяжелых боев молодое государство отстояло свою независимость и доказало свою жизнеспособность. Однако арабский мир не примирился с существованием еврейского государства и продолжал лелеять планы его уничтожения. Усилению арабской вражды к сионизму и Государству Израиль способствовала проблема арабских беженцев (см. Государство Израиль. Арабское меньшинство в Израиле).

Вскоре после подписания соглашений о перемирии (1949 г.) ясно обнаружилось нежелание арабских государств признать Государство Израиль и подписать с ним мирный договор. Арабские государства открыто готовились к реваншистской войне против Израиля. На Ближнем Востоке началась гонка вооружений. Арабские государства развязали многостороннюю кампанию против Израиля, включающую бойкот арабский, засылку на территорию Израиля вооруженных банд диверсантов и террористов, провоцирование пограничных инцидентов (см. Государство Израиль. Внешняя политика). Предпринимались попытки помешать израильским планам развития и использования природных ресурсов (осушение болот Хулы, использование вод реки Иордан). Государство Израиль изображалось в арабской пропаганде агрессивным порождением всемирного сионизма, стремящегося к господству не только над Палестиной, но и над соседними арабскими странами.

Для обоснования и оправдания вражды к Израилю идеологи арабского национализма разработали целую систему аргументов. Эрец-Исраэль изображался неотъемлемой частью общего «арабского отечества», а Государство Израиль — чужеродным телом, разрывающим естественную связь между арабскими странами Азии и Африки. Израиль изображался также как государство, основанное на принципе расовой и религиозной исключительности, угнетающее своих граждан-неевреев, как искусственное и аморальное государство, которое должно быть исключено из международного сообщества. Возникла обширная литература, тенденциозно представляющая еврейскую историю и еврейский характер, использующая антисемитские стереотипы с целью опровергнуть притязание евреев на Эрец-Исраэль как свою историческую родину. Усвоение некоторыми арабскими режимами «левой», «революционной» фразеологии сопровождалось дальнейшим усилением антисионизма. Израиль стал изображаться агентом империализма на Ближнем Востоке. Борьба против Израиля стала одной из главных целей новых «прогрессивных» режимов Египта и Сирии, а также одной из важнейших задач Арабской лиги. Синайская кампания 1956 г. активно использовалась арабскими пропагандистами для доказательства агрессивности Израиля и его зависимости от западного империализма.

Проект конституции обсуждавшегося весной 1963 г. федеративного объединения Египта, Сирии и Ирака включал обязательство борьбы против «сионистской угрозы». В 1964–1965 гг. в арабском мире получил распространение лозунг «народно-революционной войны» против Израиля, особенно активно пропагандировавшийся Сирией и террористической организацией ал-Фатх.

В целом позиция арабских стран предполагала поэтапную ликвидацию Государства Израиль. Прежде всего, выдвигалось требование возвращения Израиля к границам, предусмотренным резолюцией Организации Объединенных Наций о разделе страны (1947 г.), и принятия им арабских беженцев. Затем следовало требование «десионизации» Израиля, разрыва его связей с мировым еврейством и прекращения алии. Наконец, выдвигалось требование ликвидации Государства Израиль как такового и создания вместо него арабского палестинского государства, в котором еврейскому населению будет предоставлена известная автономия. В качестве альтернативы более крайними арабскими лидерами выдвигалось требование активного содействия эмиграции евреев из Эрец-Исраэль под угрозой физического уничтожения оставшихся в стране евреев с помощью террора и войны. Кульминацией антиизраильской кампании арабских государств стала подготовка к прямому нападению на Израиль в мае 1967 г., приведшая к Шестидневной войне.

Арабо-израильский конфликт был главным катализатором развития межарабских противоречий. Все арабские государства требовали полного отхода Израиля с территорий, оккупированных в 1967 г., и поддерживали Египет во время Войны на истощение (см. Государство Израиль. Исторический очерк). Однако так называемые умеренные арабские государства признали резолюцию Совета Безопасности №242, хотя и давали ей собственную интерпретацию (требование отступления Израиля со всех территорий без каких-либо переговоров и соглашения). Тем самым, однако, молчаливо признавались право Израиля на существование и в будущем возможность мирного сосуществования арабских государств с Израилем. «Умеренные» арабские государства — Египет, Иордания, Ливан, Судан, Тунис, Марокко (а возможно, Саудовская Аравия, Кувейт и Северный Йемен, чьи позиции были определены недостаточно четко) склонялись к сотрудничеству с США и другими западными странами в поисках согласованного решения. Наоборот, так называемый «фронт отказа» (Ирак, Ливия, Алжир, Южный Йемен, Организация освобождения Палестины /ООП/, а также в целом Сирия, занявшая заведомо двусмысленную позицию) отверг резолюцию №242 именно потому, что она подразумевала мирное сосуществование с Израилем, к уничтожению которого стремился «фронт отказа». Граница между двумя лагерями не была четко определенной, так как даже «умеренные» арабские государства, по существу, не соглашались на заключение настоящего мира с Израилем. Они утверждали, что осуществление резолюции №242 решит лишь проблемы, порожденные Шестидневной войной, в то время как «проблемы 1948 г.» — палестинский вопрос, проблема арабских беженцев, проблема «восстановления прав арабского народа Палестины» — останутся при этом не решенными и будут решены лишь в будущем. Две всеарабские конференции в верхах отвергли резолюцию №242, поскольку в ней палестинские арабы трактуются лишь как беженцы, а их национальные права игнорируются. Арабские лидеры избегали упоминаний о том, что полный отвод израильских войск с оккупированных территорий должен явиться прелюдией к мирному сосуществованию арабских государств с Израилем; недвусмысленные заявления об этом сделали лишь иорданский король Хусейн и (впервые в 1971 г.) президент Египта А. Садат. Никто из лидеров арабского мира не проявил готовности серьезно обсудить израильские предложения, включающие исправление границ с согласия договаривающихся сторон и решение проблемы арабов Эрец-Исраэль в рамках единого палестинско-иорданского государства при совместном или израильском контроле над зоной безопасности Израиля.

Война Судного дня (1973) привела к сплочению арабских рядов и временному прекращению соперничества между арабскими государствами. Началу войны предшествовало заключение Египтом тесного военного союза с Сирией (Иордания присоединилась к нему лишь наполовину), а также политического союза с Саудовской Аравией, оказавшей Египту щедрую экономическую помощь. Война была встречена с энтузиазмом во всех арабских странах. Алжир, Марокко, Тунис, Иордания, Ирак, Саудовская Аравия, Судан и Кувейт послали в Египет и Сирию воинские контингенты (реальные или символические), а также военную технику (самолеты, танки). Аналогичную помощь предложила и Ливия. Нефтедобывающие арабские страны предоставили помощь Египту и Сирии в беспрецедентных масштабах; они также максимально использовали «оружие нефти», наложив эмбарго на поставки нефти США и некоторым странам Западной Европы, пытаясь принудить их таким образом оказать нажим на Израиль (см. Война Судного дня). Общеарабская солидарность лишь на время заслонила политический антагонизм между отдельными государствами: Ирак и Ливия отрицательно относились к провозглашенным целям войны, открыто предпочитая войну за полное уничтожение Израиля; Иордания, опасаясь поражения, подобного тому, которое она потерпела в 1967 г., и в то же время не желая быть обвиненной в предательстве общеарабского дела, нашла компромиссное решение, отправив танковую бригаду на помощь сирийской армии. Ирак и Ливия выступили против прекращения огня и первых шагов, направленных к созыву Женевской мирной конференции и соглашению о разъединении войск. Они бойкотировали встречу глав арабских государств в Алжире в ноябре 1973 г. Союз Египта и Сирии, уже поколебленный взаимными подозрениями и обвинениями по поводу ведения войны и прекращения огня, начал разваливаться, когда обнаружилась решимость А. Садата перейти от соглашений о разъединении войск к мирному договору.

Конференции глав арабских государств в Алжире (1973 г.) и Рабате (1974 г.) фактически предоставили Садату свободу действий, хотя на них и раздавались обычные арабские требования полного отступления Израиля и «восстановления прав палестинского народа». Арабским государствам, участникам вооруженного конфликта с Израилем, была предоставлена нефтедобывающими арабскими государствами щедрая экономическая помощь. Иордания, отлученная от межарабского сотрудничества после расправы короля Хусейна с силами ал-Фатха (1970–1971), постепенно восстановила официальные отношения с другими арабскими странами (1974–1976). Попытка восстановить объединенное командование вооруженными силами Египта, Сирии и Иордании не увенчалась успехом из-за ухудшения отношений между Египтом и Сирией после второго соглашения о разъединении войск (сентябрь 1975 г.). Затормозилось и наметившееся летом 1975 г. сближение между Иорданией и Сирией.

Визит президента Садата в Иерусалим (ноябрь 1977 г.) вызвал возмущение в большинстве арабских стран. Египет — самая сильная в военном отношении арабская страна — первой нарушила провозглашенный в 1967 г. в Хартумской декларации принцип «трех нет» — «нет» миру с Израилем, «нет» — признанию Израиля, «нет» — переговорам с Израилем. Правительства и контролируемые ими средства массовой информации Сирии, Ирака, Алжира, Ливии, а также ООП обвинили Садата в намерении заключить сепаратный мир с Израилем, в предательстве арабского дела и прислужничестве «империалистическо-сионистскому заговору». Иордания и Саудовская Аравия сначала заняли нейтральную позицию, сменившуюся со временем откровенно отрицательным отношением к мирной инициативе Садата. Арабскими странами, оказавшими, хотя и с оговорками, поддержку Садату, были Судан, Марокко и Оман. Не осудили Египет также Тунис, Йемен и Сомали.

Сирия, Иордания и Ливан, приглашенные А. Садатом принять участие вместе с не определенными точнее представителями палестинцев в переговорах с Израилем в рамках Каирской конференции, отвергли предложение египетского президента. Иордания отвергла также все приглашения присоединиться к переговорам при посредничестве США. В декабре 1977 г. в Триполи собралась конференция глав государств «фронта отказа». Кроме Сирии, Алжира и Ливии, в ней участвовали также представители Ирака, Южного Йемена и ООП. Эти страны резко осудили А. Садата, объявили политический бойкот встречам Арабской лиги в Каире и торговый бойкот любой египетской компании, имеющей дело с Израилем, а также постановили «заморозить» свои дипломатические отношения с Египтом. Египет разорвал отношения с этими странами и лишил ООП своей поддержки.

Однако и в самом «фронте отказа» не было единства: Ирак настаивал на формальном отвержении самого принципа мирного урегулирования и основанной на нем резолюции №242; Сирия же не хотела связывать себя какими-либо принципиальными обязательствами. Не добившись принятия своей позиции «фронтом отказа», Ирак покинул встречу глав государств «фронта» в Триполи (1977 г.) и отказался участвовать в двух других встречах — в Алжире (февраль 1978 г.) и в Дамаске (сентябрь 1978 г.). Встреча глав государств Арабской лиги (кроме Египта) в Багдаде (ноябрь 1978 г.) должна была узаконить оппозицию всех арабских государств мирной инициативе А. Садата. Хотя «умеренным» странам удалось предотвратить принятие крайних антиегипетских решений (немедленные санкции, исключение из Арабской лиги, бойкот и разрыв всех отношений), арабские государства единодушно осудили мирную политику Египта и соглашения в Кемп-Дейвиде. Осуждение египетской политики вызвало разочарование и гнев А. Садата, который рассматривал свое соглашение с Израилем не как сепаратный мир, но как первый шаг к всеобщему соглашению, включающему решение проблемы арабов Палестины. После подписания мирного договора между Израилем и Египтом (март 1979 г.) новая встреча глав арабских государств постановила привести в действие антиегипетские меры, намеченные предыдущей встречей: Египет был исключен из Арабской лиги, всякая экономическая помощь арабских стран Египту была прекращена, те арабские государства, которые все еще поддерживали с Египтом дипломатические отношения (кроме Судана, Сомали и Омана), разорвали их. Различные всеарабские организации последовали примеру Лиги арабских государств (ЛАГ). Таким образом, арабский мир выступил против самого большого и сильного арабского государства, издавна претендовавшего на роль его лидера.

Подписанный Израилем и Египтом в Кемп-Дейвиде договор высветил не только существовавшую в то время неготовность всех остальных арабских стран к миру с еврейским государством на каких бы то ни было условиях, но и внутриарабские разногласия. Отчетливо проявился тот факт, что отношения Израиля с каждым из трех остальных государств-соседей были неоднозначными и неодинаковыми.

На протяжении уже нескольких десятилетий главной опорой «фронта отказа» и основной базой палестинских террористических организаций была и остается Сирия. Неоднократные попытки политического диалога между Израилем и Сирией, предпринимавшиеся с января 1982 г. (когда в Женеве тайно встретились тогдашний министр обороны Израиля Ариэль Шарон и Рифат Асад, брат тогдашнего президента Сирии) по март 2000 г. (когда в Женеве встретились Билл Клинтон и Хафез Асад), закончились провалом.

С королем Иордании Хусейном у Израиля существовали давние традиции частых неформальных встреч (начиная с 1963 г. он тайно встречался с многими представителями израильской политической и военной элиты). Хусейн не спешил с осуждением визита А. Садата в Иерусалим и даже не поехал в связи с этим на общеарабские саммиты в Триполи (1977 г.) и Алжире (1978 г.); лишь в апреле 1979 г. Иордания согласилась с резолюцией Багдадского саммита об исключении Египта из ЛАГ и разрыве отношений с ним. Контакты же между Иорданией и Израилем продолжались. Исследователи указывают на шесть факторов «базового родства» политических интересов Израиля и Иордании: наличие протяженной границы между ними; двусторонние интересы на Западном берегу; общее неприятие обеими странами идеи интернационализации Иерусалима; значительное влияние палестинцев на политиков и общество обеих стран; совместное нахождение под патронажем США; одинаковые опасения сирийской угрозы и, наконец, опасения угрозы исламского фундаментализма. С известной долей уверенности можно утверждать, что Иордания едва ли не раньше, чем А. Садат, стала испытывать желание заключить официальный мир с Израилем, но, будучи более слабой и зависимой страной, не могла себе позволить оказаться в изоляции в арабском мире.

В Ливане, раздираемом в 1970-е годы гражданской войной, едва ли существовала единая центральная власть, которая проводила бы какой-либо согласованный, независимый политический курс. Ливан не участвовал в войнах 1967 и 1973 гг. и поэтому оказался единственным соседом Израиля, не понесшим территориальных потерь и, соответственно, не имевшим территориальных претензий. Кроме того, израильское общество и многие политические лидеры симпатизировали ливанским христианам, проводя параллель между их и своим собственным положением в окружении враждебного мусульманского большинства. Контакты между Израилем и ливанской христианской милицией — фалангистами — начались еще в 1974 г., когда христианские лидеры почувствовали, что теряют свое доминирующее положение в стране. Разумеется, общим врагом Израиля и фалангистов была осевшая в Ливане ООП.

Серьезные разногласия существовали между арабскими государствами по поводу предполагаемого будущего палестинских арабов. После Шестидневной войны все они, в том числе Иордания, приняли формулу «самоопределения арабского народа Палестины». В соответствии с резолюциями конференции глав арабских государств в Рабате (1977 г.) они признали ООП единственным представителем палестинских арабов. Однако не все они с одинаковым энтузиазмом поддерживали идею самостоятельности палестинского государства: А. Садат откровенно предпочитал, чтобы оно было связано с Иорданией; Хусейн был готов «признать» такое решение, если палестинцы пожелают его; другие «умеренные» государства также предпочли бы такое решение созданию нового революционного государства, которое представляло бы опасность как для своих соседей, так и для всего арабского мира. Тем не менее, все они официально приняли формулу самоопределения, подразумевавшую создание палестинского арабского государства, которое должно было включить Западный берег Иордана и полосу Газы, а в истолковании экстремистов — всю Палестину. Арабские государства поддерживали ООП и входящие в ее состав террористические организации, в том числе те, которые стремились к свержению существующих режимов арабских государств. Кровавая междоусобная борьба соперничающих групп террористов часто отражала борьбу между поддерживающими их государствами.

Убийство А. Садата (октябрь 1981 г.) и избрание президентом Египта Х. Мубарака не привело к радикальному изменению отношений между Египтом и Израилем, несмотря на замораживание Египтом процесса нормализации этих отношений и его попытки преодолеть свою изоляцию в арабском мире. Мир между Египтом и Израилем выдержал испытание Ливанской войной и двумя волнами интифады, однако продолжает оставаться «холодным миром». В 1980-х гг. наметилось сближение Египта с «умеренными» арабскими государствами, склонными к принятию американской инициативы мирного урегулирования арабо-израильского конфликта.

Первая после израильско-египетского договора арабская инициатива, предполагавшая признание Израиля на определенных условиях, была выдвинута в 1981 г. не кем-либо из непосредственных соседей Израиля, а тогдашним наследным принцем (впоследствии ставшим королем) Саудовской Аравии Фахдом. План Фахда предусматривал:

  • отступление Израиля со всех арабских территорий, захваченных в 1967 г., включая арабскую часть Иерусалима;
  • ликвидацию израильских поселений на оккупированных в 1967 г. территориях;
  • гарантии свободы вероисповедания и отправления культов всех религий в святых местах;
  • подтверждение прав палестинцев на возвращение, включая право на компенсацию тем, кто не захочет вернуться;
  • передачу Западного берега и сектора Газа на короткий переходный период под контроль ООН;
  • создание независимого палестинского государства со столицей в Иерусалиме;
  • подтверждение права всех государств региона жить в мире;
  • выступление ООН или некоторых государств — членов ООН в качестве гарантов выполнения этих принципов.

Многие из этих условий (прежде всего, положение о «праве на возвращение» арабских беженцев и о создании независимого палестинского государства со столицей в Иерусалиме) не устраивали Израиль. Тем не менее, предпоследний пункт плана был серьезным шагом вперед, по сравнению с политикой «трех нет». Показательно, что участники арабского саммита в Фесе (Марокко) в ноябре 1981 г. отвергли план Фахда, во-первых, именно потому, что он, по их мнению, означал молчаливое признание Израиля, и, во-вторых, поскольку в нем не упоминается роль ООП. Впрочем, в то время и центральное правительство Ливана, и Сирия, и тем более Иордания находились с ООП в натянутых, если не сказать враждебных, отношениях.

В начале 1980-х гг., после Ливанской войны и оккупации Бейрута и юга Ливана, в израильском руководстве усилилось ощущение того, что мирный договор с Ливаном может быть достигнут в сжатые сроки. На первом этапе переговоров предполагалось создание под руководством Б. Жмайеля фактически марионеточного правительства, формирование которого должно было происходить с учетом пожеланий Израиля. Обязательным условием было вхождение в состав кабинета — желательно, в должности министра обороны — давнего израильского союзника, командира Армии Южного Ливана майора С. Хаддада. Предполагалось, что ливанское правительство обеспечит Израилю возможность создать на юге страны особую зону для беспрепятственного наземного и воздушного патрулирования, строительства станций раннего предупреждения и другой военной инфраструктуры. Армию Южного Ливана предполагалось инкорпорировать в израильскую армию. На остальной части страны правительство Б. Жмайеля должно было, в тесном сотрудничестве с израильтянами, пресечь всякую антиизраильскую деятельность, в том числе сирийскую. Предполагалось также, что Ливан станет открытым рынком для сбыта израильской продукции и другой экономической деятельности. Первый, по сути, подготовительный этап был прерван в сентябре 1982 г. убийством Б. Жмайеля. Преемником Башира Жмайеля стал его брат Амин, который действовал с оглядкой на Сирию, хотя и продолжал переговоры. Цели Амина Жмайеля были достаточно ясны: во-первых, объединить под своим началом пестрое и раздираемое войной ливанское общество; во-вторых, добиться вывода с территории Ливана и палестинцев, и сирийцев, и израильтян, поскольку, по его мнению (вполне обоснованному) все внешние силы усиливали напряженность между различными противоборствующими группировками в Ливане. Переговоры израильских переговоров с А. Жмайелем начались 28 декабря 1982 г., однако на этом этапе проявились три фактора, препятствовавшие мирному процессу. Во-первых, шииты и друзы на юге Ливана, которые первоначально приветствовали израильтян как освободителей от гнета палестинских террористов, постепенно стали воспринимать израильскую армию как враждебную и участвовать в партизанских акциях против нее. Именно шиитская религиозно-экстремистская организация Хизбалла наносила израильтянам наибольший урон. Во-вторых, попытки А. Жмайеля вовлечь в переговоры представителей разных групп ливанского общества негативно сказались на дееспособности ливанской делегации. В-третьих, израильское общество, взбудораженное резней в Сабре и Шатиле, потеряло симпатии к ливанским христианам, стало критически относиться к действиям Цахала в Ливане, выражало недовольство ростом потерь среди израильских солдат. Происходили массовые демонстрации, выдвигались требования немедленного ухода из Ливана.

Соглашение между сторонами все же было подписано 17 мая 1983 г. Оно предполагало:

  • взаимное признание сторон, прекращение состояния войны между ними, установление нормальных отношений, включая экономическое сотрудничество;
  • запрет на использование территории одного государства для размещения и деятельности внешних сил, направленных против другого государства (разумеется, имелась в виду территория Ливана);
  • создание на юге Ливана специальной зоны безопасности под контролем местной милиции в составе ливанской армии (то есть под контролем «Армии Южного Ливана»);
  • вывод израильских войск предусматривался в увязке с созданием зоны безопасности;
  • допускалось присутствие в Ливане — по просьбе и с согласия его правительства — международных миротворческих сил ООН или тех стран-членов ООН, которые имели дипломатические отношения и с Ливаном, и с Израилем (речь шла об американских силах).

Нереалистичность достигнутого соглашения была очевидна. Прежде всего, ливанское правительство было неспособно пресечь деятельность антиизраильских группировок, таких, как Хизбалла, не говоря уже о том, чтобы заставить Сирию вывести свои войска. Израиль же был согласен вывести свою армию только при условии, что Сирия сделает то же самое. При этом сроки вывода израильских сил точно не оговаривались. Кроме того, к моменту подписания договора стало ясно, что Сирия уже оправилась от военных (израильско-сирийские столкновения в ходе операции в Ливане все же имели место) и моральных потерь и достаточно сильна, чтобы диктовать Ливану свои условия. Кнесет ратифицировал договор, ливанский парламент — нет. В сентябре 1983 г. израильские войска были отведены к югу от Бейрута на линию реки Авали. Еще через пять месяцев, в феврале 1984 г. миротворческие силы США, перед лицом непрекращающихся терактов и гибели своих солдат, были вынуждены покинуть Ливан. А в марте ливанское правительство разорвало договор с Израилем. В результате, израильская армия осталась на юге Ливана на положении оккупационной (вывод израильских войск с остальных районов территории Ливана завершился к июню 1985 г.), а Ливан стал еще одной страной, имеющей к Израилю территориальные претензии. Что касается террористов, хотя ООП не вернулась в Ливан, Хизбалла и другие группировки продолжали наносить удары как по израильским войскам на юге Ливана, так и по мирным целям на севере Израиля. Сирия же до 2004 г. продолжала дислоцировать в Ливане от 40 до 60 тысяч своих военнослужащих.

Следующей попыткой достигнуть мирного соглашения между Израилем и арабской страной стали тайные переговоры тогдашнего министра иностранных дел Израиля Ш. Переса с королем Иордании Хусейном. В отличие от ливано-израильских переговоров, на этот раз стороны были действительно настроены на перспективу заключения окончательного мира и поэтому действовали не только активно, но и с большой предусмотрительностью. Подписанный 11 апреля 1987 г. в Лондоне документ не предусматривал немедленного заключения мира, а лишь открывал к нему дорогу; в нем содержался и призыв к мирной ближневосточной конференции, причем внимание фокусировалось на решении палестинской проблемы и обеспечении гарантий «законных прав палестинского народа». Такая постановка вопроса и такая формулировка, будь она утверждена премьер-министром Израиля И. Шамиром, была бы значительной уступкой со стороны Израиля. Предполагалось, что палестинцы примут участие в конференции в составе объединенной делегации с Иорданией, при этом Израиль и Иордания (а также Израиль и любая другая арабская страна) получат право под эгидой конференции вести двусторонние переговоры, и конференция не может ни навязывать сторонам какие-либо решения, ни налагать вето на достигнутые договоренности. Такая комбинация позволяла обойти все преграды, мешающие Иордании вести прямые мирные переговоры с Израилем. Однако премьер-министр Израиля И. Шамир отклонил этот план (который был без особого восторга встречен и администрацией США — прежде всего, из-за планировавшего участия в международной конференции по Ближнему Востоку представителей СССР), и он так и не был реализован. Начало же палестинской интифады в декабре 1987 г. полностью перечеркнуло планы Ш. Переса и короля Хусейна. Убедившись, что его инициативы всякий раз становятся заложниками конфликта Израиля с палестинскими арабами, Хусейн в 1988 г. (т. е. двадцать один год спустя после того, как они были заняты Израилем) отказался от притязаний на Западный берег и уступил суверенитет над ним «народу Палестины». Тем не менее, лондонские соглашения стали важной вехой в процессе урегулирования отношений между Израилем и его соседями: впервые был предложен механизм использования неэффективных по своей сути многосторонних конференций как политического прикрытия эффективных двусторонних переговоров. Этот механизм был использован впоследствии во время Мадридской конференции. Кроме того, Израиль и Иордания предельно ясно выразили обоюдное стремление заключить мир и установить дипломатические отношения; теперь это стало лишь вопросом времени.

Первая интифада существенно изменила расстановку сил на Ближнем Востоке. Многие и в Израиле, и за его пределами все больше убеждались во мнении, что значительная часть палестинцев на оккупированных территориях рассматривают именно ООП и персонально Я. Арафата как своего лидера. Впервые в качестве серьезной политической силы заявили о себе экстремистские исламские группировки, на фоне которых ООП постепенно стала рассматриваться Израилем и США как относительно умеренная организация. Этому способствовали принятие Палестинской Декларации независимости, где впервые официально признавалась резолюция №242 Совета Безопасности ООН. Все это создавало условия для прямых переговоров американских и израильских представителей с ООП. Интифада, несомненно, ускорила решение короля Хусейна отказаться от притязаний на Западный берег, и это сократило круг проблем, мешавших установлению мира между Иорданией и Израилем. Вместе с тем, мирное соглашение между двумя странами было подписано только 26 октября 1994 г., уже после заключения Декларации принципов мирного урегулирования между Израилем и ООП (октябрь 1993 г.) и подписания Газа–Иерихонского соглашения в мае 1994 г. (см. Государство Израиль. Внешняя политика). Договор о мире между двумя странами был полномасштабным, он охватывал все аспекты двусторонних отношений — от демаркации границ до туризма и совместной борьбы с преступностью. При этом если израильское общественное мнение было готово к миру с Иорданией (и всячески приветствовало его), то в Иордании и на уровне части политической элиты, и среди широких слоев общества существовала (и существует до сих пор) серьезная оппозиция договору.

После кризиса в Персидском заливе и первой войны в Ираке (с 15 января по 27 февраля 1991 г.) голоса, призывавшие к разрешению мирным путем всего узла ближневосточных конфликтов, стали звучать все громче, в том числе, и в администрации США. Результатом этого стремления к «форсированному миротворчеству» стала Мадридская конференция, открывшаяся 30 октября 1991 г. Однако практически ни один из ключевых вопросов на ней не обсуждался, поскольку стороны застряли на процедурной стадии. После Мадридской конференции было решено создать пять рабочих групп (по экономическим вопросам; водным ресурсам; контролю над вооружениями; беженцам; и по экологическим проблемам), однако ни одна из них не добилась сколько-нибудь существенного прорыва.

Наиболее сложными были и остаются отношения Израиля с Сирией, и несмотря на фактическую готовность нескольких израильских премьер-министров вернуть Сирии Голанские высоты (несмотря на принятый Кнесетом в 1981 г. закон об их аннексии), ни бывший президент Хафез Асад, ни сменивший его сын Башар не сделали ни малейшего шага навстречу миру с еврейским государством. Более того, Сирия не только покровительствовала исламской радикальной террористической организации Хизбалла, но и взяла на себя роль координатора и покровителя всех тех палестинских организаций, включая часть ООП, которые категорически выступали против соглашений с Израилем (так называемый «фронт отказа»). 29 августа 1998 г. выступавший от имени тогдашнего премьер-министра Израиля Б. Нетанияху американский миллиардер Р. Лаудер передал сирийским руководителям проект мирного договора между двумя странами, одна из статей которого гласила: «Израиль отступит с сирийских территорий, захваченных в 1967 г., в соответствии с резолюциями №242 и №338 Совета Безопасности ООН, установившими право всех государств на безопасные и признанные границы, и формулой «территории в обмен на мир», к совместно установленной границе, основывающейся на международной границе 1923 г.» (подробности миссии Р. Лаудера стали известны лишь в апреле 2001 г.). Однако и на этих условиях сирийские руководители не пошли на мир с Израилем. Попытки достижения мирного соглашения, предпринятые в 1999–2000 гг. Э. Бараком, важнейшую роль в которых играл президент США Б. Клинтон, также не привели к успеху.

В условиях, когда мирное соглашение с Сирией и фактически подконтрольным ей (по крайней мере, на тот момент) Ливаном оказалось недостижимым, правительство Э. Барака приняло решение об одностороннем выводе всех израильских войск с территории Южного Ливана. Полный вывод израильских войск из Ливана был завершен 24 мая 2000 г. Израиль выполнил, таким образом, резолюцию №425 Совета Безопасности ООН от 1978 г., требовавшую вывода израильских сил из Ливана. Однако и это не подтолкнуло руководство Ливана (или Сирии) к мирному сближению с Израилем, а лишь усилило позиции Хизбаллы и других радикальных террористических организаций. Фактически в день вывода израильских сил прекратило свое существование и Армия Южного Ливана, а немалая часть ее бойцов и командиров со своими семьями (всего — около шести тысяч человек) бежали в Израиль.

Начало в сентябре 2000 г. второй волны палестинской интифады весьма отрицательно сказалось на отношениях между Израилем и его соседями. В то же время интифада дала возможность Египту и Иордании вновь проявить себя в качестве посредников, подняв тем самым свой международный престиж. В 2001 г. египетский город Таба стал местом последних (безуспешных) переговоров между правительством Израиля и администрацией Я. Арафата. В апреле того же года, во время проведения Израилем (уже при правительстве А. Шарона) массированной антитеррористической операции на оккупированных территориях, Египет и Иордания выдвинули совместную мирную инициативу, которая предусматривала: со стороны Израиля — снятие блокады территорий, отвод израильских войск на позиции, которые они занимали до начала интифады, замораживание строительства поселений; со стороны Палестинской администрации — прекращение подстрекательства к насилию и возобновление сотрудничества с Израилем в сфере безопасности. На следующем этапе предполагалось возобновление палестино-израильских переговоров об окончательном урегулировании. Министр иностранных дел Иордании Абдулла Хатиб посетил Иерусалим, где представил эту инициативу израильскому руководству. Израиль проявил интерес к плану, но заявил, что он нуждается в серьезной доработке. Реакция палестинского руководства была несогласованной и противоречивой. В результате данная инициатива закончилась безрезультатно.

Один из самых важных моментов, которые высветила вторая интифада, состоит в том, что многие арабские государства не только де-факто признают Израиль и готовы признать его официально на определенных условиях, но в какой-то мере даже соперничают друг с другом за роль главного посредника. Вслед за иордано-египетской инициативой появился поэтапный план наследного принца (ныне короля) Саудовской Аравии Абдаллы, который предусматривал уход Израиля со всех занятых им в 1967 г. территорий. В марте 2002 г. саудовский план был вынесен на обсуждение саммита ЛАГ в Бейруте. Одобрение было практически единогласным, но Сирия настояла на внесении трех поправок, на сегодняшний день заведомо неприемлемых для Израиля:

  1. Полное отступление Израиля к границам, существовавшим по состоянию на 5 июня 1967 г., то есть до начала Шестидневной войны;
  2. Признание права палестинских беженцев на возвращение;
  3. Создание столицы палестинского государства в Восточном Иерусалиме.

Вместе с тем Бейрутский саммит показал, что в последние годы в арабском мире возникла группировка влиятельных стран, готовых к признанию и миру с Израилем. Однако им противостоит другая группировка, которая к миру не готова и, в силу сохраняющейся антиизраильской инерции мышления в большинстве арабских стран, способная блокировать инициативы своих оппонентов. При этом, двое из непосредственных соседей Израиля — Египет и Иордания — принадлежат, несомненно, к первому лагерю, а Сирия фактически является лидером второго.

Мирные договоры, которые Израиль заключил с Египтом и Иорданией, в значительной степени были договорами политических элит. До сих пор в Египте и Иордании и на уровне парламентариев, и на уровне СМИ, и во влиятельных профессиональных союзах, не говоря уже об «улице», сохраняется негативное отношение к Израилю и психологическое неприятие мирного соглашения с ним. Вместе с тем, мирные договоры, подписанные, соответственно, в 1979 и 1994 гг., выдержали такие испытания, как убийства подписавших их политических лидеров (А. Садата и И. Рабина), две волны интифады и резко усилившийся в последние годы исламский террор. Это позволяет с уверенностью сделать вывод о возможности дальнейшей нормализации отношений между Израилем и арабскими странами, хотя заключение окончательного мира с большинством из них в ближайшее время выглядит едва ли возможным.

Ареной, на которой развертывается политическая борьба арабских государств против Израиля, весьма часто является ООН.

Израиль и арабские страны в ООН. Арабская кампания в ООН против существования еврейского государства на Ближнем Востоке началась еще до провозглашения Государства Израиль. На первой внеочередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН (апрель 1947 г.), обсуждавшей будущий статус подмандатной Палестины, представители арабских государств и Верховного арабского комитета выдвинули ряд направленных против сионизма и еврейского населения страны утверждений, которые определили линию их политической деятельности и пропаганды на многие годы. Право арабов на Палестину они обосновывали утверждением, будто подлинными потомками коренного населения Ханаана являются арабы; евреи же — это чужеродное меньшинство, не имеющее исторических прав на страну, которую они пытаются захватить с помощью мировых держав. Евреям приписывалось намерение изгнать из Палестины населяющих ее арабов. Представитель Сирии утверждал, что Палестина — это всего лишь Южная Сирия. Несмотря на сопротивление арабских государств — членов ООН (Сирия, Египет, Ливан, Ирак и Саудовская Аравия) и большинства мусульманских стран, Генеральная Ассамблея приняла решение о создании специальной комиссии ООН по вопросу Палестины. ООН насчитывала в то время 55 членов. США и СССР вместе с государствами восточного блока поддерживали требование политического решения еврейского вопроса и проблемы еврейских беженцев на территории Эрец-Исраэль. Большинство западных государств придерживалось сходных позиций. Специальная комиссия выдвинула два плана: план большинства, предлагавший создание двух государств в Палестине (еврейского и арабского) и международный статус для Иерусалима, и план меньшинства, предлагавший провозглашение в стране единого федеративного государства (август 1947 г.).

Арабские представители отвергли оба плана, требуя создания «единого государства в Палестине» с передачей всей полноты власти в руки арабского большинства. Однако 29 ноября 1947 г. вторая сессия Генеральной Ассамблеи значительным большинством голосов приняла план раздела страны. 15 мая 1948 г. армии пяти арабских государств (Египта, Сирии, Иордании, Ирака, Ливана) вторглись на территорию только что провозглашенного Государства Израиль. Под египетским командованием воевало подразделение армии Саудовской Аравии; Йемен объявил себя воюющей страной, но в военных действиях участия не принимал. 15 июля Совет Безопасности потребовал от арабских государств прекращения военных действий, угрожая в противном случае применением санкций. На 3-й сессии Генеральной Ассамблеи (осень 1948 г.) обнаружились признаки распада широкой международной коалиции, поддерживавшей создание Государства Израиль. Ассамблея приняла резолюцию, основными пунктами которой были: создание комиссии по перемирию из представителей трех государств (США, Франция, Турция), призыв к враждующим сторонам приступить к переговорам непосредственно или через посредство этой комиссии и обращение к комиссии с просьбой о выработке предложения относительно международного статуса Иерусалима. Параграф 11 резолюции предлагал разрешить вернуться в свои дома и жить в мире со своими соседями тем арабским беженцам, которые пожелают этого; тем, кто предпочтет не возвращаться, предлагалась выплата компенсации. Несмотря на то, что арабские государства проголосовали против этой резолюции, впоследствии они неизменно утверждали, что этим решением признано безусловное право беженцев вернуться на территорию Израиля и вступить во владение своим имуществом. Из года в год арабские государства выдвигали предложения, основанные на этом «праве на возвращение», и добивались их одобрения в том или ином виде. Соотношение сил в ООН изменилось в их пользу: ряд вновь образованных и обретших независимость арабских и мусульманских стран был принят в ООН, возросло влияние государств афро-азиатского блока, а государства коммунистического блока заняли резко антиизраильскую позицию, особенно обострившуюся с 1967 г.

В 1960-х гг. арабы выдвинули новое требование — установление опеки ООН над арабским имуществом, оставшимся в Израиле. В этом требовании Израиль усмотрел нарушение своего суверенитета, и ему удалось не допустить принятия соответствующей резолюции Генеральной Ассамблеи ООН. Стремясь к политической изоляции Израиля, арабские государства (за исключением Иордании) приняли принцип интернационализации Иерусалима, отвергавшийся ими в 1947 г., во время обсуждения плана раздела страны. На четвертой сессии Генеральной Ассамблеи в 1949 г. сложился единый фронт мусульманских, католических и коммунистических государств. Подавляющим большинством их голосов было принято решение о выделении Иерусалима в самостоятельную административную единицу со специальным международным режимом под управлением ООН (резолюция №303/IV). Советский Союз и его союзники впервые безоговорочно встали на сторону арабов.

Генеральная Ассамблея и Совет Безопасности ООН пытались найти средства мирного урегулирования арабо-израильского конфликта, периодически приводившего к вспышкам настоящей войны. Первый кризис, начавшийся Войной за независимость, закончился на уровне ООН принятием соглашений о перемирии между Израилем и четырьмя арабскими государствами (Египтом, Ливаном, Иорданией и Сирией) в феврале-июле и признанием этих соглашений Советом Безопасности в августе 1949 г. Египет в Совете Безопасности и все арабские и азиатские государства на Генеральной Ассамблее голосовали против принятия Израиля в члены ООН (см. Государство Израиль. Внешняя политика).

Во время Синайской кампании и англо-французской операции против Египта США и Советский Союз, которые соперничали за расширение влияния в странах Азии и Африки, проходивших процесс деколонизации, объединили дипломатические усилия с целью вызволить Египет из создавшегося трудного положения. В Совете Безопасности США и СССР потребовали немедленного отвода иностранных войск с территории Египта, но, когда их требование было блокировано англо-французским вето, впервые в истории ООН совместно поддержали предложение о созыве чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи.

После вывода, в соответствии с решениями чрезвычайной, а потом и очередной сессии Генеральной Ассамблеи (ноябрь–декабрь 1956 г.), британских и французских сил с территории Египта Израиль обусловил отвод своих войск получением гарантий своей безопасности. Ими явились ввод в Синай чрезвычайных сил ООН и данное Израилю дружественными державами обязательство обеспечить свободу судоходства в Тиранском проливе (см. Государство Израиль. Внешняя политика).

Непрочность такого урегулирования стала очевидной спустя около десяти лет: 16 мая 1967 г. египетский президент Г. А. Насер внезапно потребовал вывода сил ООН с территории его страны.

Генеральный секретарь ООН подчинился этому требованию. 23 мая Египет объявил о закрытии Тиранского пролива для израильских и направляющихся в Израиль судов. Египет рассчитывал, что сможет блокировать любые репрессивные меры со стороны ООН, так как около половины из 120 государств — членов ООН принадлежали к афро-азиатскому блоку, в котором арабские государства занимали ведущее положение. Совет Безопасности был бессилен, так как в нем не было устойчивого большинства. Когда вспыхнула война и стало известно о победе Израиля, положение в корне изменилось. Арабы и советский блок тщетно пытались сколотить большинство в Совете Безопасности, и, в конце концов, было принято предложение Советского Союза о созыве чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи. Предложение группы «неприсоединившихся стран», требующее немедленного и безоговорочного отвода израильских сил, не собрало большинства в две трети.

Ассамблея, таким образом, прошла безрезультатно, если не считать резолюции, отвергающей шаги, предпринятые Израилем для воссоединения Иерусалима. После совещаний между блоками ближневосточный вопрос вновь был передан в Совет Безопасности, где 22 ноября была принята компромиссная резолюция, перечисляющая ряд принципов мирного урегулирования арабо-израильского конфликта. В соответствии с резолюцией №242, генеральный секретарь ООН назначил своим послом на Ближнем Востоке шведского дипломата Г. Ярринга, который в течение 1967–1971 гг. безуспешно пытался достичь соглашения между сторонами. Арабские государства продолжали требовать вывода израильских сил со всех оккупированных территорий как предварительное условие переговоров; Израиль требовал прямых переговоров без предварительных условий. Президент Египта А. Садат (пришедший к власти в 1970 г. после смерти Г. А. Насера) объявил 1971 г. «решающим годом» и продолжал прибегать к угрозам вооруженной силой и в дальнейшем. Так была подготовлена почва для новой войны.

Арабы продолжали активную антиизраильскую кампанию в Совете Безопасности. Военные акции Израиля, предпринимавшиеся в ответ на нарушения перемирия арабскими государствами, и деятельность террористических организаций приводили к частым заседаниям Совета Безопасности, посвященным вопросам арабо-израильского конфликта и принятию ряда более или менее антиизраильских резолюций. Ни в одной из этих резолюций не упоминались террористические акты против Израиля, служившие причиной израильских военных акций. Так, резолюция, содержащая резкое осуждение Израиля, была единогласно принята в сентябре 1969 г. после поджога мечети Ал-Акса в Иерусалиме (совершенного душевнобольным иностранным подданным). Акт поджога привел к созданию новой организации — Исламской конференции, призванной следить за поддержанием арабского и мусульманского характера Иерусалима. Другие резолюции по этому вопросу были приняты Советом Безопасности в 1968 г., 1969 г. и вновь в 1980 г. (резолюция №478), после утверждения Кнесетом Закона о Иерусалиме. Один из параграфов резолюции призывал все государства эвакуировать свои дипломатические представительства из Иерусалима. Специальная резолюция №497 от 17 декабря 1981 г. объявляла недействительным принятый Кнесетом закон о распространении израильской юрисдикции на Голанские высоты. В 1972 г. США впервые наложили вето на антиизраильскую резолюцию в Совете Безопасности, и с тех пор достаточно часто следуют этой линии.

Другой задачей арабской дипломатии была так называемая борьба за права палестинского народа. Арабские представители утверждали, что отношение к этой проблеме всего лишь как к вопросу о беженцах было исторической ошибкой, повторенной и резолюцией №242. Они требовали отнестись к этой проблеме как к национальному вопросу, проблеме народа, лишенного родины и прав. В 1969 г. Генеральная Ассамблея ООН впервые утвердила резолюцию о «неотъемлемых правах палестинского народа» (включая «право на возвращение»). В 1970 г. Ассамблея добавила к этому «право палестинского народа на самоопределение», а в 1971 г. подтвердила его в еще более категоричной форме. Эскалация была приостановлена после убийства израильских спортсменов на Олимпиаде в Мюнхене (1972) членами связанной с ООП группировки. Однако в сентябре 1973 г., накануне Войны Судного дня, конференция «неприсоединившихся стран» (в Алжире) дала свое благословение «борьбе палестинского народа за возвращение отнятой у него родины». В ноябре 1973 г., в разгар нефтяного кризиса, государства Европейского Общего рынка также обязались принимать в расчет «законные права палестинского народа» (Брюссельская декларация). Следующим этапом явилось признание ООП главами государств Арабской лиги (включая короля Иордании) в качестве «единственного представителя палестинского народа» (конференция в Рабате, октябрь 1974 г.). В октябре–ноябре 1974 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла три резолюции, содержавшие легитимацию ООП. Первая резолюция содержала приглашение ООП участвовать в проводимых Ассамблеей обсуждениях в качестве представителя палестинского народа и предоставила главе ООП Я. Арафату право выступить на пленуме Ассамблеи; вторая резолюция признавала «неотъемлемые права палестинского народа» на независимость и на осуществление своих чаяний «любыми средствами» и призывала все государства и международные организации оказывать палестинскому народу помощь в его борьбе; третья резолюция предоставляла ООП статус наблюдателя на Генеральной Ассамблее ООН и любой международной конференции, проводимой по инициативе Ассамблеи, а также устанавливала право ООП участвовать в качестве наблюдателя в конференциях прочих органов ООН. Эти резолюции были приняты при весьма широкой поддержке. Против них голосовали только США и несколько западных (в том числе латиноамериканских) государств. Этих успехов ООП добилась несмотря на то, что в 1974 г. она осуществила ряд варварских террористических акций, в том числе убийство еврейских школьников в Ма‘алот (см. Ма‘алот–Таршиха). На основании соответствующей резолюции ООП была принята как наблюдатель во все международные агентства ООН; в 1975 г. ООП была приглашена и к участию в обсуждениях, проводимых в Совете Безопасности (хотя устав ООН говорит лишь о приглашении государств). Следующим этапом развития «палестинского вопроса» явилось создание Постоянной комиссии ООН по вопросам осуществления «неотъемлемых прав палестинского народа» (1975) и Особого отдела по правам палестинцев при секретариате ООН (1979). 13 декабря 1988 г. на специальной сессии ООН, состоявшейся в Женеве, с большой речью выступил лидер ООП Я. Арафат.

Арабская дипломатия стремилась к изоляции Государства Израиль и изгнанию его из ООН. С 1968 г. арабские государства ежегодно требуют, чтобы Генеральная Ассамблея и специализированные учреждения ООН приняли резолюции, осуждающие «нарушения Израилем прав человека». Тот факт, что в 1992–1996 гг. во главе ООН стоял Бутрос Бутрос Гали, бывший в ходе переговоров А. Садата и М. Бегина членом египетского кабинета министров, принимавшим самое активное участие в мирном процессе с Израилем, не привел к улучшению отношений еврейского государства с Организацией Объединенных Наций.

Арабские страны ведут непрерывную пропагандистскую кампанию против сионизма, кульминацией которой явилось принятие в ноябре 1975 г. Генеральной Ассамблеей ООН позорной резолюции, квалифицирующей сионизм как «форму расизма и расовой дискриминации». Резолюция была принята после продолжительной борьбы, что отразилось в распределении голосов (73 — за, 35 — против, 32 — воздержались). Волна протестов в странах Запада против подчинения многих государств и ООН арабскому диктату несколько охладила пыл арабских государств, и в дальнейшем они уже не требовали принятия резолюций, явно направленных против сионизма. В 1991 г. резолюция, объявлявшая сионизм формой расизма, была отменена.

Начиная с 2003 г. ООН является одним из участников «квартета», инициировавшего так называемую «Дорожную карту» (поддержка этого документа Советом Безопасности ООН выражена в его резолюции №1515 от 19 ноября 2003 г.). На практике, однако, движущей силой и этой инициативы, и процесса в целом была и остается администрация США, при относительно вторичной роли Организации Объединенных Наций. Несмотря на то, что план «Дорожная карта» включает четкий временной график, ни один из его этапов не был реализован. Хотя палестинцы не прекратили ни антиизраильский террор, ни разнузданное антиизраильское подстрекательство, руководство ООН склонно обвинять в срыве «Дорожной карты» преимущественно Израиль. В докладе Генерального секретаря ООН К. Аннана «Мирное урегулирование вопроса о Палестине» от 10 октября 2003 г. двумя основными препятствиями на пути реализации «Дорожной карты» называются продолжение Израилем строительства поселений и возведение им разделительной стены («забора безопасности»). На заседании своей десятой чрезвычайной специальной сессии 8 декабря 2003 г. Генеральная Ассамблея в резолюции ES-10/14 постановила просить Международный суд в срочном порядке дать консультативное заключение по вопросу правовых последствий строительства «защитной» стены, сооружаемой Израилем. 9 июля 2004 г. Международный суд вынес свое консультативное заключение по вышеуказанному вопросу, постановив (четырнадцатью голосами против одного): «строительство стены, сооружаемой Израилем, оккупирующей державой, на оккупированной палестинской территории, в том числе в Восточном Иерусалиме и вокруг него, и введение связанного с нею режима противоречат международному праву;

Израиль обязан положить конец своим нарушениям международного права; он обязан немедленно прекратить работы по строительству стены, сооружаемой на оккупированной палестинской территории, в том числе в Восточном Иерусалиме и вокруг него, немедленно демонтировать находящиеся там сооружения и немедленно отменить или прекратить действие всех касающихся этого вопроса законодательных и подзаконных актов;

Израиль обязан произвести возмещение за весь ущерб, причиненный строительством стены на оккупированной палестинской территории, в том числе в Восточном Иерусалиме и вокруг него».

Израиль бойкотировал заседания Международного суда, на котором рассматривался этот вопрос, не признал его вердикт и отказался выполнять его. Однако сам факт его появления вновь подчеркнул крайне проблематичный характер взаимоотношений еврейского государства с ООН.

Антиизраильская кампания активно велась и в специализированных учреждениях ООН, уставы которых, как правило, не содержат однозначных указаний и ограничений относительно наказания, отстранения и изгнания членов. Несколько раз (в 1971, 1979 и 1982 гг.) арабские государства пытались добиться изгнания Израиля из Международной организации здравоохранения и оставили эти попытки лишь после того, как США пригрозили выйти из этой организации в случае изгнания оттуда Израиля. Подлинная травля Израиля была развязана арабскими странами в ЮНЕСКО (Организации Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры) по поводу археологических раскопок, производимых Израилем в Иерусалиме. В результате принятия пленумом ЮНЕСКО антиизраильских резолюций (1968, 1974) Израиль фактически был отстранен от участия в большинстве сфер деятельности ЮНЕСКО. Такое нарушение прав Израиля как члена организации было встречено с возмущением в кругах деятелей культуры. США прекратили денежную поддержку ЮНЕСКО, Швейцария уменьшила ее; во многих странах возникли общественные комитеты борьбы за универсальность характера ЮНЕСКО, в которых участвовали люди с мировой известностью. Даже папа римский Павел VI выразил недоумение. Международное давление принесло плоды: изгнание Израиля из ЮНЕСКО осуществить не удалось. Однако ЮНЕСКО продолжала принимать антиизраильские резолюции по таким вопросам, как раскопки в Иерусалиме, состояние образования и культуры на контролируемых территориях и т. д. В 1985 г. США и Великобритания заявили о своем выходе из ЮНЕСКО.

В Международной организации труда Израилю в течение нескольких лет удавалось противостоять враждебной деятельности арабских государств. Это было возможно благодаря структуре данной организации, включающей представителей правительств, профсоюзов и объединений работодателей, и ее уставу, требующему разбора жалоб и установления фактов. Тем не менее, в 1974 г. пленум этой организации принял резолюцию, осуждающую израильскую «политику расовой дискриминации» и нарушение властями Израиля профсоюзных свобод и прав «в Палестине и на других оккупированных территориях». Резолюция вызвала возмущение, особенно в профсоюзах США и американском общественном мнении в целом. В 1977 г. правительство США заявило о выходе из Международной организации труда ввиду нарушений ее устава и господствующих в ней «политизации и селективной морали». В 1980 г. США вернулись в эту организацию. В том же году пленум принял резолюцию, требующую, в частности, предоставления арабским гражданам «в Палестине и на прочих оккупированных арабских территориях» помощи, которая позволила бы им противостоять результатам израильской оккупации и политики заселения этих территорий. В 1978 г. и в 1983 г. попытки арабских представителей в этой организации провести антиизраильские резолюции потерпели неудачу.

Антиизраильские решения принимались и в других специализированных организациях ООН, например, в Международном агентстве по атомной энергии (сентябрь 1982 г.). Тогда же антиизраильское предложение было отклонено Международной организацией связи. Те же цели преследовала арабская стратегия в Генеральной Ассамблее ООН. На девятой внеочередной сессии Ассамблеи (сентябрь 1982 г.), собравшейся после распространения израильского законодательства на Голан, была принята резолюция, которая бросает тень на статус Израиля как члена ООН и подготавливает почву для изгнания Израиля из международной организации. Когда в сентябре 1982 г. собралась очередная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, арабские представители в комиссии по проверке верительных грамот потребовали отвергнуть верительные грамоты израильской делегации; после закулисной дипломатической борьбы был достигнут компромисс: комиссия приняла израильские грамоты, однако выразила протест. Провалу арабской инициативы способствовала стойкая позиция США (заявивших, что предлагаемый шаг приведет к изменению их отношения к ООН), а также усилия западных и некоторых других государств. На пленуме Генеральной Ассамблеи Иран формально потребовал дисквалификации верительных грамот Израиля, но 25 октября 1982 г., наконец, было принято предложение скандинавских государств во главе с Финляндией о воздержании от всяких действий в этом направлении. 74 государства проголосовали за это предложение, 9 — против, 32 — воздержались. Арабские государства не участвовали в голосовании.

См. Израиль.
См. Государство Израиль.

 СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ > Арабо-израильский конфликт
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 
Премьер-министр Израиля М. Бегин (в центре), президент Египта А. Садат (слева) и министр обороны Израиля Э. Вейцман (справа) в Кемп-Дейвиде. 1978 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля М. Бегин (в центре), президент Египта А. Садат (слева) и министр обороны Израиля Э. Вейцман (справа) в Кемп-Дейвиде. 1978 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Премьер-министр Израиля И. Рабин встречается с послом Иордании в Израиле М. Муашером. 1995 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля И. Рабин встречается с послом Иордании в Израиле М. Муашером. 1995 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Президент США Б. Клинтон и вице-президент А. Гор принимают в Белом доме президента Египта Х. Мубарака, председателя ООП Я. Арафата, премьер-министра Израиля И. Рабина и короля Иордании Хусейна. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Президент США Б. Клинтон и вице-президент А. Гор принимают в Белом доме президента Египта Х. Мубарака, председателя ООП Я. Арафата, премьер-министра Израиля И. Рабина и короля Иордании Хусейна. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Председатель ООП Я. Арафат и премьер-министр Израиля И. Рабин подписывают соглашение «Осло–2»; в центре: Х. Мубарак, Б. Клинтон и король Хусейн. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Председатель ООП Я. Арафат и премьер-министр Израиля И. Рабин подписывают соглашение «Осло–2»; в центре: Х. Мубарак, Б. Клинтон и король Хусейн. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Премьер-министр Израиля И. Рабин встречается в Нью-Йорке с заместителем премьер-министра Катара. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля И. Рабин встречается в Нью-Йорке с заместителем премьер-министра Катара. 1995 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Премьер-министр Израиля Ш. Перес и президент Египта Х. Мубарак на совместной пресс-конференции в Каире. 1995 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля Ш. Перес и президент Египта Х. Мубарак на совместной пресс-конференции в Каире. 1995 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Министр иностранных дел Израиля Э. Барак с президентом Египта Х. Мубараком и министром иностранных дел Египта А. Мусой на конференции в Шарм аш-Шейхе. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Министр иностранных дел Израиля Э. Барак с президентом Египта Х. Мубараком и министром иностранных дел Египта А. Мусой на конференции в Шарм аш-Шейхе. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Премьер-министр Израиля Ш. Перес приветствует представителя Кувейта шейха Ахмада аль-Джабира аль-Саба на конференции в Шарм аш-Шейхе. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля Ш. Перес приветствует представителя Кувейта шейха Ахмада аль-Джабира аль-Саба на конференции в Шарм аш-Шейхе. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Премьер-министр Израиля Ш. Перес и эмир Катара шейх Хамад бен Халифа аль-Тани, Катар. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Премьер-министр Израиля Ш. Перес и эмир Катара шейх Хамад бен Халифа аль-Тани, Катар. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Министр иностранных дел Израиля Э. Барак с наследным принцем Иордании Хасаном и королем Хусейном в Аммане. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Министр иностранных дел Израиля Э. Барак с наследным принцем Иордании Хасаном и королем Хусейном в Аммане. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Открытие международной мирной конференции в Шарм аш-Шейхе, Египет. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.

Открытие международной мирной конференции в Шарм аш-Шейхе, Египет. 1996 г. Фото А. Охайона. Государственное бюро печати. Израиль.
 
Израильско-египетские переговоры. Слева направо: премьер-министр Израиля Э. Барак, президент Египта Х. Мубарак, министры иностранных дел двух стран А. Муса и Д. Леви. Александрия, Египет. 1999 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.

Израильско-египетские переговоры. Слева направо: премьер-министр Израиля Э. Барак, президент Египта Х. Мубарак, министры иностранных дел двух стран А. Муса и Д. Леви. Александрия, Египет. 1999 г. Фото М. Мильнера. Государственное бюро печати. Израиль.
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту Государство Израиль. Израиль и мировое еврейство Государство Израиль. Арабское меньшинство в Израиле следующая статья по алфавиту